Вера Красовская — Вацлав Нижинский / Глава 17 — «Призрак розы»

Однако подлинный триумф принесли «Шехеразада» и особенно «Призрак розы».

В бело-синей комнате с двумя громадными окнами, открытыми в ночной сад, Карсавина в белом, украшенном широким воланом платье и в белом капоре, завязанном лентами под подбородком, явилась мечтой поэта 1830-х годов. А когда она задремала в кресле, за окном возникло и поплыло над всей этой девственной белизной волшебное существо.

Бакст и впрямь превратил танцовщика в душу цветка. В вечер премьеры художник пришел в уборную и наблюдал за тем, как на лилово-розовое трико стоящего перед зеркалом Нижинского нашивают лилово-розовые лепестки. Сам приладил на нем шапочку из таких же свисающих, плотно закрывших волосы лепестков. Он делал так потом перед каждым спектаклем, и говорили, что Василий нажил состояние, продавая «поклонницам таланта» смятые, выброшенные лепестки.

Карсавина и Нижинский танцевали, словно импровизировали. «Призрак розы» был создан для них, как «Умирающий лебедь» — для Анны Павловой. Их танец, технически в сущности несложный, создавал ту переливающуюся оттенками воздушную перспективу, что присуща живописи импрессионистов. Эта атмосфера улетучивалась вместе с последним аккордом музыки, чтобы разлиться вновь в каждом повторном спектакле. Но создать иллюзию могли только Карсавина и Нижинский: она — в недоговоренности пауз и поз, он — в тончайшей светописи движений, невесомых и неуловимых, воплощающих образ аромата, прикинувшегося юношей.

Через два месяца, в Париже, Кокто ухватил суть секрета, заметив, что Нижинский передает нечто невоплотимое — «наступление аромата». Он описал, как «гордый своей багряной неугомонностью» аромат «кружит в пленяющих вихрях, пропитывая кисею занавесей и обволакивая сновидицу вязким флером».

«Призрак розы» скоро попал на родину Нижинского в копиях добросовестных и талантливых исполнителей. Но копии, хотя к ним и прикасалась рука Фокина, не передавали поэзии оригинала в его одновременно рассеянной и интенсивной образности.

На сцене театра Монте-Карло был опробован еще «Нарцисс» — балет Черепнина и Бакста.

← Назад ↔ Вернуться к оглавлению ↔ Далее →

This entry was posted in Характерный лик and tagged . Bookmark the permalink.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.