Слияние литературы и философии

Органическое слияние символа и быта стало общепризнанным достижением литературы. Символическое значение реального быта и реальная значимость символа ни в ком не возбуждает сомнения. Во многих произведениях высокого художественного совершенства соединение этих двух категорий настолько нерасторжимо, что расчленить их, отделив одну от другой, невозможно. Быт является в то же время и символом. Творческое единство, оставаясь единством, открывается в двух ипостасях неодинакового значения и тона.

Иначе обстоит дело с философией.

Поскольку всякий сюжет, всякий замысел философичны по своей природе, философия всегда была неотъемлемой составной частью литературы. Но она была лишь механической примесью к литературе, а не ее химическим ингредиентом.

У Толстого философия плавает поверх художественного творчества, как масло поверх воды, и можно, читая «Войну и Мир», «пропустить» страницы его философии исторической личности, не испытав художественного ущерба. В философских драмах Ренана или в многочисленных пьесах Метерлинка философия ближе к идеалу органической слитности, поскольку она и символ неотделимы друг от друга, но зато она дальше от жизни, бесплотней, отвлеченнее. В том и заключалась особенность хаотического, распыленного творчества прежней литературы, что сила сцепления открывалась в ней лишь временами, случайно, разрозненно. Там, где сплавлялись в огне художественного синтеза символ и философия, не хватало реальной жизни; где совпадали символ и реальный быт, недоразвитой оставалась философская основа этого соединения; где быт сочетался с философией, — отсутствовал символ.

К этому следует прибавить, что кроме мало известного у нас Паласио Вальдеса литература прошлой эпохи почти не знала писателя, который философские проблемы сделал бы фундаментом и отправной точкой всего своего творчества, — которого по праву можно было бы назвать писателем-философом.

Второстепенная роль, которую играла до сих пор в литературе философия, отнюдь не свидетельствует о принципиальной несовместимости, неслиянности философии с художественным творчеством. Она свидетельствует лишь, что для этой слиянности время еще не пришло.

Развиваясь путем стихийного эксперимента, литература не поднялась еще до организованной стройности принципов. Сочетая в подсознательном ощущении единства символ и быт, она в то же время не отдала себе ясного отчета в том, что точки пересечения символа и быта лежат именно в философии, и потому не разработала с доступной полнотой и ясностью вопрос о роли философского элемента в творчестве.

Достигнутый до сих пор синтез быта и символа с одной стороны и философии с бытом с другой неизбежно должен завершиться полным и гармоническим синтезом всех трех категорий творчества: быта, символа и философии.

следующая статья →

This entry was posted in Литературный мир and tagged , . Bookmark the permalink.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.