«Неизвестные гости» Достоевского

При первом взгляде на сидевшего перед Иваном гостя, каждый из нас мог бы воскликнуть: «Боже мой, да я точно такого знаю. Ни дать, ни взять Сергей Ипполитович, или Владимир Порфирьевич». И конечно описываемый Достоевским посетитель необычайно, фотографически похож и на Сергея Ипполитовича, и на Владимира Порфирьевича, и на Игоря Константиновича, и на многих еще старинных добрых знакомых. Дело в том, что перед Иваном Карамазовым сидел на стуле тот самый пресловутый собирательный тип, о котором так много говорится в теории словесности.

В этом смысле гость Ивана Карамазова необычайно близко подходит к Чичикову, Собакевичу, Манилову и всем прочим, хотя и собирательным, но тем более реальным и жизненным Гоголевским персонажам. Я даже сказал бы, что когда у Толстого описывается старый князь Болконский или Платон Каратаев, реализма получается не больше чем в горячечном якобы видении Ивана Карамазова. Вот разве только что мы чувствуем острый стариковский отзывающий табаком запах старого князя Николая Андреевича и «круглый» запах потных ног Каратаева, — а как пахнет посетитель Ивана Карамазова, нам не рассказано. Но ведь и у Гоголя запах его действующих лиц автором не всегда описывается и это не мешает гоголевским героям обладать самой полновесной реальностью.

У Достоевского есть другая глава в другом романе (а именно, в «Преступлении и Наказании»), где другой его герой также внезапно находит перед собой неизвестно откуда явившегося гостя. Герой этот, — Родион Романович Раскольников, который, проснувшись после горячечного кошмара, в своей нищенской каморке, на Шестилавочной, вдруг видит перед собой неизвестно каким образом попавшего к нему незнакомого человека — Свидригайлова. Человек этот, как и гость Ивана Карамазова, необычайно реальная бытовая фигура, очень русская и очень помещичья. Конечно, Свидригайловых меньше чем просто промотавшихся приживальщиков. Но каждый из нас Свидригайловых видел и встречал и знает, как они избавляются от своих жен, сколачивают себе капиталец, развратничают, кощунственно философствуют и иногда, самым неожиданным образом, пускают себе пулю в лоб. Я сказал бы, что, несмотря на эту реальность, Свидригайлов все же как будто призрачнее сидящего перед Иваном Карамазовым гостя.

Л. Галич

This entry was posted in Литературный мир. Bookmark the permalink.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.