Зодчество в средневековом Париже

Романское зодчество — это мощные стены, несущие полуциркульные своды, это такие же по форме арочные перекрытия проемов, это тяжелые пропорции архитектурных масс. Однако романское строительное искусство при всей разработанности архитектурных форм и композиций все же было лишь движением на пути формирования нового архитектурного мышления, создания удивительных произведений готического стиля, который по праву может быть приписан прежде всего зодческому гению французского народа. Готическое искусство, которое средневековая Франция подарила человечеству, было столь же щедрым вкладом в мировую культуру, каким был когда-то вклад античной Греции. И поскольку Париж был столицей, он стал своеобразной «строительной лабораторией» на протяжении всего тысячелетия, начиная от раннего средневековья.

Венсенский замок. Здесь, несколько в стороне от собственно города, был создан свой замкнутый мирок «Королевского города», в котором был выстроен даже небольшой храм. Мощные стены, боевой ход по их верху, эффектные по пластике навесные бойницы — Машикули, еще более неприступный донжон — яркое свидетельство напряженной политической жизни того времени, характерной феодальными распрями. С 1934 года замок превращен в исторический музей. В современном виде весь замковый комплекс является характерным памятником средневековья и отражает дух архитектуры XIV века.

В средние века Париж быстро увеличивал численность населения. В XII веке он уже насчитывал 100 000 жителей. Однако исполнение желания повысить вместимость храмов, по существу главных общественных зданий средневековой эпохи, упиралось в технические противоречия: чем больше делали пролет здания, тем тяжелее становились полуциркульные своды и более громоздкими внутренние опоры, которые загромождали внутреннее пространство, оставляя для людей мало места.

Накопление строительного опыта привело в технике строительства к удивительному качественному скачку. Вместо полуциркульной была применена стрельчатая арка, а сводчатые покрытия (тоже стрельчатой формы) стали сооружать на каркасной основе из каменных ребер, или нервюр, для которых применялся особенно прочный камень. Для собственно покрытия можно было использовать более легкий и не столь прочный камень.

Нервюры, несущие сводчатое облегченное покрытие, сосредоточивались пучками в опорах, в точно фиксируемых местах, где и концентрировались все усилия, возникающие от тяжести перекрытия. Именно здесь, в средоточии нервюр, можно было силы распора, стремящиеся опрокинуть опоры, подхватить наружной полуаркой, ниспадающей на наружные опоры, стоящие уже по внешнему контуру здания. Этим приемом облегчались внутренние столбы. Освобожденные от распора, они теперь несли только тяжесть покрытий и сами себя. Перекрытия среднего, теперь почти всегда более широкого и более высокого, пролета (нефа) подхватили открыто полуарки (аркбутаны), передавшие часть конструктивных усилий — распор на наружные опоры (контрфорсы). Опорами для всех перекрытий были внутренние столбы и расположенные в том же ритме, вдоль наружных стен, контрфорсы.

Эти новшества привели к парадоксальному итогу. Наружные стены, со времени античного Рима служившие опорами, утратили свой смысл: своды были «подхвачены» системой аркбутанов и контрфорсов. Это позволило поверхности на всем протяжении между контрфорсами выполнять из стекла в каменной оправе. Так родились прославленные средневековые витражи. Орнаментальное, а часто и сюжетное изображение на витражах воспринималось изнутри здания на просвет.

← Лютеция и Паризия

Революционный Париж: архитектурное наследие →

This entry was posted in Живописный вид. Bookmark the permalink.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.