МОЛОДОЙ ДОСТОЕВСКИЙ

этим обществом, на уродца, на сплошную неприлич­ность, — ведь Макар Алексеевич даже о сапогах новых мечтает не столько для себя, сколько для приличия, чтобы не осудили! — вся эта столь сложная и столь понятная психика и послужит первоосновной для самых причудли­вых и неожиданных психологических, а то и психопато­логических узоров в последующих произведениях Досто­евского! В «Бедных людях» все это еще лишено психо­патологической болезненности. Но уже созревает в творческом воображении молодого художника его «Двойник»…

В приведенном отрывке из письма Макара Алексее­вича мотивы, которые можно назвать гоголевскими, пред­стают в замечательном богатстве и значительности. Ста­новятся ясными глубокие причины, по которым «Шинель» вызвала такое потрясение и протест в душе героя «Бед­ных людей». Ему-то казалось, что можно «как-нибудь, этак там» прикрыть от постороннего взгляда все смешное и унизительное в его жизни, в нем самом! А тут, — це­ликом слившись в своем сознании с беспредельно униженным героем «Шинели», тоже титулярным советником с продранными локтями, — Макар Алексеевич вдруг уви­дел самого себя на ярком свету перед всеми! Он увидел себя во всей своей смешной беззащитности, как будто голым, со всеми интимнейшими, как он полагал, только ему видными пятнышками своего стыда за приниженность свою! Но ведь именно обнажения своей «неприличности», своей отверженности он и боится больше всего на свете. В этом-то и видит он самое последнее, самое унизитель­ное унижение, горше всех других обид! Вот почему «Ши­нель» лично оскорбила его, и он относит автора этого странного, возмутительного произведения к литератур­ным «пачкунам», к «пашквилянтам неприличным», кото­рые только и смотрят, как бы пальцем указать на таких вот титулярных советников с торчащими из сапога го­лыми пальцами!

В самой этой обиде на автора «Шинели» ярко высту­пает «взыскательность», «капризность», особая обидчи­вость, амбиция бедных людей.

Полемикой своего героя с «Шинелью» Достоевский, по сути дела, с замечательной силой раскрывает бунтар­ское, обнажающее горькую правду жизни, значение страстно любимого им гениального произведения, явившеегося для своей эпохи программой гуманизма и реализма

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.