МОЛОДОЙ ДОСТОЕВСКИЙ

Достоевский вскрывал, как кипят, под слоем смире­ния, покорности, — и самолюбие, и уязвленная гордость, и человеческий протест, соединенные с ужасом перед жизнью, у обездоленных людей.

Если представить себе человека, находящегося одной ступенечкой повыше Макара Алексеевича на социальной лестнице, с самолюбием и амбицией в более сильной до­зировке, человека, столь же одинокого и беззащитного, но лишенного в своем одиночестве какой бы то ни было моральной опоры; не только презирающего господ, кото­рые обладают способностью к коварству и честолюбию, но и завидующего их солидности, прочности, весу, благо­приличию, независимому положению в обществе, — то мы и получим господина Голядкина. Возникает «Двойник», «петербургская поэма».

Господин Голядкин — качественно иной характер. Он хотел бы пробиться в люди, — собственно не столько из честолюбия, сколько из страха перед жизнью и связан­ного с этим страхом стремления хоть к какой-то незави­симости, хоть к какой-то прочности существования. Ма­кар Алексеевич настолько ясен, чист, настолько далек от мира преуспевающих, что ему и в голову не может прийти мысль тягаться с ними, тянуться за ними, стараться по­ходить на них. А г. Голядкин, при полной своей неуме­лости, неловкости, отсутствии интриганских способностей, до того дошел в своей амбиции, что даже вознамерился жениться на дочери самого статского советника Берен­деева, своего благодетеля!

Качественное различие образов Макара Алексеевича и г. Голядкина как раз и определяется прежде всего тем, что характер г. Голядкина искажен, замутнен: раздвоен его завистью к удачникам-ловкачам-интриганам — за­вистью, повторяем, вызванной собственно не стремлением г. Голядкина к карьере. Нет, зависть его—от постоян­ного чувства, что вся действительность враждебна ему, что все говорят и думают о нем плохо, презрительно, что все его травят, готовят против него подкопы, стремятся ли­шить его занимаемого им скромного положения, лишить даже самой жизни.

Так в нем рождается мечта стать таким же успешником, каковы все эти, удивительно умеющие обделывать свои дела-делишки, уверенные, расторопные, быстрые, на­ходчивые, нахальные, бессовестные, безжалостные, ко­варные господа. И вот он видит самого себя, в своих меч­тах, таким же хитрым, ловким, умеющим во-время раз­лететься, подшаркнуть ножкой, сказать нужному лицу нужное словцо, быть всем приятным, находить тон и со старшими, и с равными, и с младшими, чего совершенно не умеет г. Голядкин!

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.