Эдвард Григ / Глава четвертая: Народно-эпическая тема

Вершиной «бьернсоновской лирики» в творчестве Грига можно считать замечательную лирическую балладу «Принцесса». Именно в этом произведении полностью слились дарования композитора и поэта. С поразительной силой Григ сумел передать сдержанный, эпический тон «старой песни» Бьернсона, скрытую в ней душевную драму одиночества. Образ девушки, томящейся в тесной неволе, ее трагический порыв к несбыточному счастью — тема, внутренне близкая, созвучная Григу и получившая в значительной мере личное, субъективное значение в его творчестве последних лет (те же образы позже найдут воплощение в ряде произведений, раскрывающих трагедию одинокого человека: «В плену гор», «Музыканты»).

Но страдания одиночества выражены скрыто и сдержанно, как и в стихотворении Бьернсона. И в тексте и в музыке господствует строгий стиль эпического повествования. В «Принцессе» Бьернсон как бы возрождает поэтическую форму старонорвежской баллады: стихотворение написано в форме четверостишия с завершающим рефреном («stev») *:

Сидела принцесса в тиши у окна,

В долине пастух на свирели играл.

«Молчи же, о мальчик, томишь ты меня,

Когда-то беспечно мечтала и я

В предзакатный час».

Не отступает от этой формы и Григ. И мелодия песни, и ее ладогармонический склад — с типичным отклонением из минора в строй мажорной доминанты — строго выдержаны в духе народной баллады. В эпически-повествовательном тоне развертывается мелодия песни; ее начальная диатоническая попевка ограничена узким диапазоном:

_______________________________________________________

*           Ср. народные темы норвежских баллад во вступительной главе настоящей работы (примеры 1 и 3).

 
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.