ЛИТЕРАТУРНАЯ СУДЬБА А. А. ФЕТА

С легкой неосторожной руки Минаева сотни раз повторяли, что стихи Фета можно читать и с начала до конца, и с конца до начала, причем выходит одно и то же. В этом видели доказательство бессмыслицы, грубости работы; а на самом деле это высшая победа в искусстве слова: упразднение материи и доведение ли­тературной вещи до бесплотной тонкости». Фет ставится «несравненно выше» Бодлера и Верлена, он первым за­говорил «на каком-то сомнамбулическом языке, какими-то вещими словечками, навевающими очарование на чита­теля». Именно это очарование даст вечную жизнь про­изведениям Фета. По роли, которую поэзия Фета играла в формировании духовной жизни русского общества, она, по мнению автора статьи, может быть сравнима для по­коления, достигшего зрелости в 90-е годы, лишь с поэ­зией Некрасова и Полонского. «Большинство русских интеллигентных людей, ныне живущих, начали себя пом­нить при звуках: „На заре ты ее не буди“, „Вчера я от­ворил темницу», „Месяц в колыбель младенца» (Полон­ского), „Что так жадно глядишь на дорогу» (Некрасова) и пр. и пр. Распеваемые старшими сестрами, нянями, гу­вернантками, эти стихотворения переплетались с колы­бельными песнями, заучивались вместе с первыми молит­вами, провожали ребенка по хрестоматиям и школьным тетрадям,— они сделались семейными, домашними вос­поминаниями… Никакая критика, никакие овации собратьев-писателей не сравнятся с этим всенародным при­знанием, с завоеванием еще в самой колыбели нарожда­ющихся поколений. Писатель вроде Фета становится частью души читателя, перевоплощается в чувство и со­знание тысяч и миллионов душ» 111.

111             Книжки «Недели», 1892, № 12, с. 227—230.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.