Эдвард Григ / Глава пятая: Ибсеновские романсы

Реалистическая сила и философская глубина поэзии Ибсена позволили Григу поднять «театральную музыку» до уровня больших общенациональных идей и воплотить в ней высокую тему родины, Норвегии. Если раньше в произведениях на тексты Бьернсона эта центральная для его творчества тема была раскрыта в исторической перспективе, то здесь звучание ее — как и у Ибсена — более современно. Создав бессмертный образ Сольвейг (и более того, выдвинув этот образ на первый план), Григ как бы объединил патриотическую и этическую направленность драмы Ибсена, ибо сам этот образ не только глубоко человечен, но и национален. Воплощая собой лучшие человеческие качества, Сольвейг в то же время является живым олицетворением родины.

Своеобразная художественная концепция «Пера Гюнта» обусловила место этого произведения в мировом искусстве XIX столетия. Прочные нити связывают «Пера Гюнта» с лучшими классическими образцами музыки к драме. Произведение Грига — продолжение традиции, начавшейся в творчестве Бетховена, подхваченной затем Шубертом, Вебером, Мендельсоном, Шуманом, Бизе и русскими композиторами — Глинкой, Балакиревым, Чайковским. Как и у других композиторов-классиков, музыка к драме у Грига выходит далеко за рамки иллюстративности и подчиняется, в основном, принципам программного симфонизма. В ней воплотились лучшие, наиболее типичные стороны инструментально-симфонического мышления Грига, так же как воплощен, например, в «Эгмонте» героический дух симфоний Бетховена.

Различно преломление этого жанра в музыке XIX века. Здесь и героика «Эгмонта», и фантастика «Сна в летнюю ночь», и трагизм шумановского «Манфреда», и сочная народная жанровость «Арлезианки» Бизе — сверстницы «Пера Гюнта».

К этому последнему направлению, думается, ближе всего стоит музыка Грига. Как и у Бизе, с его знойными провансальскими напевами, рожденными «под полуденным солнцем», она принесла с собой на театральную сцену новое мироощущение — мироощущение целого народа. Порой элегичная, порой фантастически-сумрачная, порой полная безмятежной наивности, она помогает слушателю и зрителю по-новому ощутить Норвегию, по-новому воспринять драму Ибсена в ее национальном значении. И в этом смысле, несмотря на глубокое своеобразие музыкального замысла и новое, индивидуальное восприятие литературного прообраза, Григу, действительно, удалось осуществить тот синтез музыки и драмы, к которому он стремился в «Пере Гюнте».

Непосредственным продолжением линии «Пера Гюнта» явились ибсеновские романсы Грига. Его «Шесть стихотворений на слова Ибсена» ор. 25 («Музыканты», «Лебедь», «В альбом», «Водяная лилия», «Скрылась» и «Птичье пенье») возникли весной 1876 года в Бергене, почти одновременно с фортепианной балладой и вскоре после постановки ибсеновской драмы на сцене.

 
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.