Московского Малого театра актер Щепкин

М. С. Щепкин. Портрет работы В. А. Тропинина

2

Едва ли нужно доказывать, что биография любого деятеля культуры всегда так или иначе отражается на самой его деятельности. Но сила и глубина воздействия биографических фактов на творчество выдающихся строителей культуры многоразличны: иногда в высшей степени скромны, едва заметны; в других случаях совершенно наглядны и огромны, причем эти колебания от малого к огромному нередко приходится наблюдать на примерах более или менее однородной или, по крайней мере, родственной деятельности. Так, если обратиться к творческой биографии великих представителей нашей революционной демократии — Белинского, Чернышевского, Добролюбова и Некрасова, то мы сразу же заметим, что в творчестве первых трех влияние их биографии весьма невелико (у Белинского — несколько больше, чем у Добролюбова и Чернышевского), между тем как в творческом наследии Некрасова многое попросту осталось бы для нас неясным и эмоционально не воспринятым без освещения лучами трагической биографии великого поэта.

Актер Михаил Семенович Щепкин занимает в этом отношении самый крайний полюс: невозможно вообразить себе более тесную связь биографии и творческой деятельности, чем его жизнь и его работа. И не только в том смысле, который заключен в известных словах С. Т. Аксакова: «Жить для Щепкина — значило играть на театре; играть— значило жить». Это — само собою. Но мы имеем в виду еще и то, что, с одной стороны, в самый состав, в самую внутреннюю структуру его сценического искусства факты его биографии вошли властным и определяющим моментом; с другой стороны, главные вехи его жизненного пути, несомненно, намечались его артистическими устремлениями. Это, кстати сказать, отчетливо сознавал и сам Щепкин, о чем красноречиво свидетельствуют его знаменитые «Записки», в дальнейшем весьма часто нами цитируемые, как единственный надежный источник сведений о раннем периоде жизни Щепкина. Их ясной и намеренной целью было для автора «изложить свой взгляд на искусство драматическое вообще и в чем состоит особенность каждого театра в Европе в настоящее время». Так определял он в письме к Гоголю содержание и рамки своего труда. Но совершенно закономерно Щепкин не только начал, но и в дальнейшем повел его автобиографически, даже не с момента своего рождения, а с эпизодов из жизни своих предков.

Чрезвычайно причудлива биография Щепкина! Его прямым предком был во второй половине XVII века, при царе Алексее Михайловиче, сельский священник Федор Прокопиев из Масальского округа Калужской губернии. Затем это место священника свыше полутораста лет оставалось неизменно в роду Щепкиных, переходя от отца к старшему сыну. Еще прадед Михаила Семеновича, Иван, был священником в том же селе Спасе. Но дальше последовала крутая перемена.

Петр Великий, нуждаясь в грамотных людях для государственной службы и, как известно, не склонный особенно нежничать с духовенством, приказал не состоявших при церквах на действительной службе лиц духовного происхождения записывать за помещиками для платежа подушного оклада. Сначала им позволялось самим выбирать себе помещиков, но на этой почве возникли злоупотребления и всяческие уклонения, и тогда сенат предписал закреплять за помещиками праздных церковников без всякого их на то согласия. Но тут начались злоупотребления со стороны помещиков: по их проискам чиновники записывали за ними и тех церковников, которые по закону этому не подлежали. Именно так случилось с дедом Михаила Семеновича, Григорием Ивановичем Щепкиным, который, как старший сын священника, по закону подлежал оставлению при отце.

По соседству с селом Спасом было расположено обширное имение прапорщика Измайловского полка, графа Семена Егоровича Волькенштейна. Как-то довелось ему услышать в церкви пение подростка Щепкина, голос которого чрезвычайно понравился графу. Не долго думая, он обратился куда следует с заявлением, в результате чего последовало решение: «Отдать церковника Архипа Савина и полова сына Григория ему графу Волькенштейну в вечное владение». Касаясь этого эпизода в упомянутых «Записках», Щепкин заметил: «Это не должно казаться странным, ибо в том веке делалось это часто, так что дед мой не слишком удивился, когда, заснув свободным, проснулся крепостным, а только немного погрустил — и то, разумеется, безотчетно; наконец, совершенно привык к новому своему званию».

Иначе относился к своему крепостному состоянию его сын, Семен Григорьевич Щепкин, отец будущего актера.

 

<< Назад < Вернуться к оглавлению > Далее >>

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.