Павел Филонов

Животные. 1925—1926

Картон, масло. 36×44

Государственный Русский музей, С.-Петербург

С п р а в к а

Появление этой картины в середине 1920-х годов во многом объяснимо условиями жизни Филонова в годы нэпа в Ленинграде. Художник вдохновенно творил свое высокое искусство, приветствуя программу Октября и мечтая выразить свое отношение к современности средствами фрески, плаката, театральных декораций. Однако официальной поддержки в этом энтузиазме он не имел, постепенно непонимание его оригинального искусства обернулось жестокой оппозицией, травлей в печати. Мастер не сдавался. Вечно голодный, он работал по 16—18 часов в сутки, принципиально отказывался брать деньги за уроки с учеников и не продавал своих картин. «Вот видите, как я работаю, — говорил он поэту А. Крученых. — Не отвлекаюсь в стороны, себя не жалея. От всегдашнего сильного напряжения воли я наполовину сжевал свои зубы». В серии композиций на тему животных в 1920-е годы вновь прозвучала мысль художника о гибельной метаморфозе человека в эпоху кризисного времени. И выражена она была с большим обобщением и максимализмом, нежели в «Ломовых» (1914—1915). На улицах города обитают уже только злобные химеры с «человеческими» мордами и способностью к мимикрии, к абсолютной слитности с городской средой (к сходной метафоре пришел в 1959 году Э. Ионеско в знаменитом «Носороге»). Создается впечатление, что измученный Филонов размышлял уже не об Апокалипсисе и не о гримасах урбанизма — он всей душой ненавидел торжествующих сытых обывателей и «кремлевских придворных изо-карьеристов».

 

Ю. Маркин

 

<< Назад < Вернуться к оглавлению > Далее >>

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.