Костас Варналис. Диктаторы (Главы из книги)

Кальпурний вторгся в Нумидию с большим шумом. Он завоевывал крепости и города, захватывал множество пленных, но как только Югурта блеснул перед его глазами золотом, сразу же обнаружились трудности похода! Эта душа, охваченная страстью к деньгам, позволила соблазнить себя. Не устоял перед соблазном и «первопредседательствующий сената», то есть первый в списке сенаторов Марк Скавр, который славился своею неподкупностью и именно поэтому был послан в Нумидию, чтобы помешать взяточничеству и предотвратить предательство со стороны Кальпурния. «До тех пор он был единственным человеком, остававшимся в той растленной среде непримиримым врагом царя, но корабль его неподкупности вдребезги разбился о золотую скалу, и он потерял и свою честь и свой престиж» (Саллюстий).

 

Раз уж Югурте удалось подкупить Скавра, его ничто не могло удержать. Набравшись храбрости, он пошел в лагерь Кальпурния, где, для видимости, и был подписан мир, по условиям которого Югурта отдавался в руки римского народа. Фактически же он оставался независим. Все его убытки сводились к контрибуции, составлявшей до смешного ничтожную сумму денег, довольно большого количества овец и коров и двадцати слонов!

Таким образом, первый магистрат Рима, консул Кальпурний, и первый из «отцов-сенаторов» Марк Скавр продали свою родину за деньги. Но если бы в это дело вмешались и другие первые, они все равно совершили бы точно такое же предательство.

 

Как только в Риме стало известно об этих постыдных делах, народ возмутился, а сенаторы испугались. И тогда «предварительно избранный трибун» Гай Меммий начал поднимать народ против высших должностных лиц и вообще против развращенного класса патрициев.

«Я краснею при мысли, что уже пятнадцать лет над вами издевается кучка людей! Вы трепещете перед ними, вместо того чтобы заставить их трепетать перед вами! Я не призываю вас браться за оружие, но говорю, что вы должны свергнуть их теми же средствами, какие они используют против вас… Через суд. Виновных надо предать суду, вызвав сюда в качестве свидетеля самого Югурту… Патриции хотят быть вашими хозяевами вечно. К союзникам они относятся как к врагам, а врагов используют как союзников. Сегодня государство продано, и если виновные не будут наказаны, мы навек останемся их рабами, а они — нашими царями. Я говорю — царями, ибо только цари не несут ответственности…»

Так говорил с народом Меммий, поднимая в Риме великую бурю. И в то время, когда в Риме возникла угроза восстания, военачальники, оставленные Кальпурнием в Африке (сам он уже возвратился в столицу), вдохновляемые примером своего полководца, совершали скандальные злоупотребления. Одни возвратили Югурте двадцать слонов, которых он отдал по условиям мирного договора, другие вернули ему пленных (и все это за деньги), третьи же занялись разбоем и разграбили страну — страну, которая формально заключила с Римом мир.

 

Между тем смелое и открытое выступление Меммия, разоблачившего скандальные дела руководителей сената и патрициев, дало результаты. В страхе перед народным восстанием сенат отправил в Нумидию претора Люция Кассия, поручив ему доставить Югурту в Рим для предания его суду. Этим своим шагом сенат хотел усмирить гнев народа.

Кассий отправился в Африку, где встретился с Югуртой и передал ему приказ сената.

— Желая тебе добра, советую поехать в Рим. По условиям мирного договора ты покорился римскому народу, и для тебя самое лучшее — отдаться на его милость. Если ты ответишь отказом, ты испытаешь силу римской армии.

Хитрый мавр согласился. И не только потому, что обладал большой духовной силой и бесстрашием, но и потому, что возлагал большие надежды на свое золото. Он был уверен, что отделается дешево. Слишком уж хорошо знал он всех этих «патриотов»-римлян.

 

<< Назад < Вернуться к оглавлению > Далее >>

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.