Франческо Бартоломео Растрелли / Анненгоф зимний и летний

О начавшемся изменении нравов в России полстолетия спустя образно поведал историк князь М. Щербатов.

«Великолепие, введенное у двора, понудило вельмож, а подражая им, и других умножить свое великолепие. Оно уже в платьях, столах и других украшениях начинало из меры выходить; так что самою императрицею Анною примечено было излишнее великолепие и изданным указом запрещено было ношение золота и серебра на платье, а токмо позволено было старое доносить, которые платья и были запечатаваны. Но тщетное приказание, когда сам двор, а паче тогда по причине сыновей герцога Курляндского, людей молодых, в сей роскошь впал. Не токмо сей роскошь виден был на торжественных одеяниях придворных и других чинов людей, но даже мундиры гвардии офицеров оный ощущал, а паче мундиры конной гвардии, которые тогда были синие с красными обшлагами, выкладенные петлями и по швам широким золотым галуном. Многие из знатных людей стали иметь открытые столы, яко фельдмаршал граф Миних, вице-канцлер граф Остерман, хотя, впрочем, весьма умеренно жил; Гаврило Иванович Головкин, генерал-адмирал граф Николай Федорович Головин и другие. Число разных вин уже умножилось, и прежде незнаемыя шемпанское, бургонское и капское стали привозиться и употребляться на столы. Уже вместо сделанных из простого дерева мебелей стали не иные употребляться как англинские, сделанные из красного дерева мегагене, дома увеличились и вместо малаго числа комнат уже по множеству стали иметь, яко свидетельствуют сие того времени построенный здания; зачали дома сии обивать штофными и другими обоями, почитая неблагопристойным иметь комнату без обой; зеркал, которых сперва весьма мало было, уже во все комнаты и большия стали употреблять. Екипажи тоже великолепие восчувствовали: богатыя, позлащенные кареты, с точеными стеклами, обитыя бархатом, с золотыми и серебряными бахрамами; лучшия и дорогие лошади, богатые, тяжелые и позлащенные и посеребренные шоры, с кутасами шелковыми и с золотом или серебром; также богатыя ливреи стали употребляться…

Всякой роскошь приключает удовольствие и некоторое спокойствие, а потому и приемлется всеми с охотою, и по мере приятности своей распространяется. А от сего, от великих принимая малые, повсюдова он начал являться; вельможи, проживаясь, привязывались более ко двору, яко ко источнику милостей, а нижние к вельможам для той же причины. Исчезла твердость, справедливость, благородство, умеренность, родство, дружба, при-ятство, привязанность к Божию и к гражданскому закону и любовь к отечеству; а места сии начинали занимать презрение божественных и человеческих должностей, зависть, честолюбие, сребролюбие, пышность, уклонность, раболепность и лесть, чем каждый мнил свое состояние сделать и удовольствовать свои хотения».

За повседневным весельем пыталась императрица тщательно укрыть давящий страх. Не могла забыть желания некоторых ограничить ее власть. Чудились повсюду тайные сговоры и замысленные покушения. Чтобы упредить возможные злодейства, Анна Иоанновна учредила Канцелярию тайных розыскных дел с пытошными застенками. Во главе поставила молчаливого, богомольного, маленького росточком генерала Андрея Ивановича Ушакова. Открытие застенков оправдала указом о воцарившемся в стране благополучии: «…всем известно, какие мы имеем неусыпные труды о всяком благополучии и пользе, что всякому видеть и чувствовать возможно, за что по совести всяк добрый и верный подданный наш должен благодарение богу воздавать, а нам верным и благодарным быть!»

Указ страха не уменьшил. По совету верных курляндцев императрица создала новую гвардию — Измайловский полк из двух тысяч мелкопоместных дворян во главе с преданным Карлом Густавом Левенвольде. Дворец в Кремле опоясали кованой решеткой и возвели специальную караульню — шесть палат, а «подле оных палат вымощено досками, где стоят солдаты во фрунте и пушки становятца». И эта мера не принесла успокоения.

 

<< Назад < Вернуться к оглавлению > Далее >>

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.