Франческо Бартоломео Растрелли / Хозяин Курляндии

Неизвестный художник. Портрет герцога Курляндского Э. И. Бирона

Неизвестный художник. Портрет герцога Курляндского Э. И. Бирона. XVIII век

∼∼∼∼∼∼∼∼∼∼∼

В России Бирона ненавидели и боялись. Франческо Растрелли принимал его с уважением и доброжелательством.

Бывший конюший захудалой курляндской принцессы только к лошадям относился с любовью и по-человечески. Молодой Растрелли был у него исключением.

Что сблизило их? Чем объяснить их добрые отношения на протяжении почти сорока лет?

Возможно, нетерпеливому в желаниях и алчному Бирону понравилось, как молодой архитектор быстро и красиво исполняет заказы. Обер-камергер любил пышную роскошь и беспрекословие. Растрелли же подкупала широта размаха Бирона, позволявшая творить, как хочется. Совпадение желаний заказчика и интересов архитектора сблизило их.

Вероятно, свой первый заказ от Бирона Франческо Бартоломео Растрелли получил весной 1732 года: построить на пустыре между Невской першпективой и Большой Морской вместительный и удобный манеж.

Сохранилось письмо Растрелли фельдмаршалу Миниху, ведавшему многими постройками в Петербурге. Канцелярией от строений командовал тогда бывший парикмахер, ловкий француз Антуан Кармедон. Чертежам и планам будущих зданий он предпочитал рассуждения о локонах, буклях, пудре. Но это, кроме архитекторов, никого не смущало. Кармедон был любезен и благонадежен. О прочих его «достоинствах» рассказывает в донесении Франческо Бартоломео:

«Ваше сиятельство
Уже несколько дней нездоровье лишает меня возможности выразить лично Вашей милости мое нижайшее почтение и в то же время позволить себе представить Вам то плохое состояние, в котором находится здание Манежа из-за небрежности Канцелярии от строений, не поставившей всего необходимого для его завершения.

Эту работу предпринял немецкий плотник, и договор с ним предусматривал срок ее окончания, причем работа сильно продвинулась вперед, как это можно теперь видеть. Начальник плотников, всегда рьяно принимавший участие в усовершенствовании здания, не раз подавал в вышеозначенную Канцелярию мемории, подписанные моей собственной рукой. Необходимы железные листы для покрытия крыши и рабочие для этого, и только это даст возможность окончить плотницкие работы, которые пока приостановлены.

Я неоднократно подавал в Канцелярию ходатайства о поставке нам всего необходимого, но так как там являются обычными вещами «завтра» и «тотчас», то до этого момента они нас только развлекают и вследствие этого здание не может быть окончено. (Сколько еще раз потом столкнется Растрелли с этими традиционными «тотчас» и «завтра». Уже не развлекать, а злить будут они художника, жаждущего честно работать. — Ю. О.)

Это представление, которое я позволяю себе сделать, надеюсь, не заставит Ваше сиятельство упрекнуть меня в небрежности, так как я исполнял свой долг, пока это было возможно, и непрестанно и усердно выполнял все, что мне поручалось его светлостью великим канцлером герцогом Бироном и Вашим сиятельством. Я умоляю Ваше сиятельство соизволить обратить внимание на то, что я был вынужден сообщить, рассчитывая на милость Вашего сиятельства и на Ваше высокое покровительство и заступничество перед Его светлостью великим канцлером герцогом Бироном, и надеюсь, что мне не выпадет горькая участь впасть в не заслуженную мною немилость.

Имею честь быть с неизменным и глубочайшим почтением нижайшим, покорнейшим и преданнейшим слугой Вашего сиятельства, Вашей милости

де Растрелли,

30 августа 1732 г.»¹

 

<< Назад < Вернуться к оглавлению > Далее >>

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.