Франческо Бартоломео Растрелли / Художник и заказчица

Летний дворец. Вид с севера. Фрагмент гравюры

Летний дворец. Вид с севера. Фрагмент гравюры А. А. Грекова с оригинала М. И. Махаева. 1753

∼∼∼∼∼∼∼∼∼∼∼

Внезапная смена состояния порядка в ночь с 24 на 25 ноября 1741 года изменила только быт дворцов и особняков.

Выдворив курляндцев, русское дворянство само принялось делить «отечественный пирог». Делили, оправдывая свои действия законным правом хозяев земли. Хапали и раньше, при царе Петре, но, страшась царской дубинки, клялись при этом — «Во имя России!». Теперь клясться перестали и хапали еще сильнее. Дорвавшись до власти, естественно, заторопились в первую очередь исполнить свои затаенные желания.

Устремления дворянства удивительно совпали с привычками и вкусами новой императрицы. «Вступив на престол, она хотела осуществить свои девические мечты в волшебную действительность. Нескончаемой вереницей потянулись спектакли, увеселительные поездки, куртаги, балы, маскарады, поражавшие ослепительным блеском и роскошью до тошноты…»

Запись в Камер-фурьерском журнале за 1747 год:

«Дана записка… что Ея Императорское величество изволила указать, отныне впредь… при дворе Ея Императорского величества в каждую продолжавшуюся неделю, по нижеписанным дням быть, а именно: по воскресным — куртагам,
по понедельникам — интермедиям итальянским,
по вторникам — придворным маскарадам,
по четвергам — комедиям французским».

Донесение английского посла Диккенса от 11 марта 1755 года:

«Считая с прошлой среды у нас было не менее трех маскарадных балов, одной оперы и ни единого дня на этой неделе, что не был бы означен тем или иным развлечением. На будущей неделе начинается пост, когда все будут молиться и поститься; а спустя неделю полгорода по обыкновению будет больным от резкого перехода от жизни, полной удовольствий, к полному воздержанию»…

Свидетельство придворного ювелира Позье: «Наряды дам очень богаты, равно как и золотые вещи их; брильянтов придворные дамы надевают изумительное множество… они даже в частной жизни никогда не выезжают, не увешанные уборами…»

Охваченные страстью к свободе нравов, к богатству и удовольствиям, русские дворяне стремились заместить долгие «постные» годы суровой службы Петру I и обременительных немецких притеснений при Анне Иоанновне. Наступившие наконец-то торжества и веселья имели необходимость в соответствующих сценах и обрамлении. Богатые, роскошные дворцы стали жизненной необходимостью.

Строительство дворцов было не чем иным, как политикой. Огромный размах и богатство показывали могущество обладателей дворцов. Но за этими монументальными размерами, за этой пышностью убранства возможно скрывались потерянные финансы, собственное бессилие, скрытое желание казаться лучше, чем есть на самом деле.

При Елизавете Петровне сооружение роскошных дворцов стало делом государственной важности и необходимости. Только за три года, с 1744-го по 1747-й, «архитектору Растрелию» помимо всех прочих дел поручено:

завершить отделку Летнего дворца, закончить строительство Аничкова,

сделать новую пристройку к Зимнему дворцу Анны Иоанновны,

подготовить чертежи новых дворцов в Перове, под Москвой, и в Киеве,

измыслить проект перестройки загородного дворца в Петергофе.

 

<< Назад < Вернуться к оглавлению > Далее >>

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.