Франческо Бартоломео Растрелли / Художник и заказчица

Настоящий архитектор в России, размышлял уже в преклонных годах Растрелли, «должен сделать чертежи деталей здания, будь то для столярной работы, для лепки и проч., и даже вычертить в большом масштабе, иначе придется всегда что-либо переделывать, что повлечет за собой потерю времени и большие издержки».

При таких темпах, при такой методе требовались надежные, талантливые помощники. Растрелли искал и находил их, придирчиво наблюдая за работой, поощрял способных и отсылал нерадивых.

Талантливый архитектор С. И. Чевакинский работал под началом Растрелли в Царском Селе, а построив свой знаменитый Никольский собор, снова пришел в подчинение к обер-архитектору и отвечал за изготовление паркетных полов в новом Зимнем дворце.

Много лет сотрудничал с Растрелли знаменитый московский зодчий И. Ф. Мичурин. В разное время помощниками у архитектора были и А. П. Евлашев, наблюдавший за всеми строениями в Кремле, Анненгофе и Перове, и К. И. Бланк, ставший впоследствии одним из модных строителей Москвы. В 1760 году был утвержден «архитектории помощником в ранге прапорщика» русский зодчий В. И. Баженов и определен к Растрелли.

С самолюбивым, тщеславным и по-итальянски темпераментным обер-архитектором, наверняка, было весьма не просто работать. Здесь, вероятно, приходилось ждать выяснения отношений, каких-то обид, однако выглядела привлекательной и любопытной невероятная игра воображения, талант и жизнелюбие Растрелли. До настоящего времени в архивах не нашлось ни единой жалобы архитекторов на итальянца, ни единого разбирательства ссоры или вражды. Таким образом, работали во взаимном уважении и согласии, в помощи, рука об руку, и даже обогащая друг друга творчески.

А вот с придворными служителями, с чиновничеством ругался. Сильно, ненавистно, безжалостно. Канцелярских бездельников не терпел. Сохранилась кляуза гоф-интенданта Ивана Шаргородского обер-гофмейстеру на графа де Растрелли. «Лаялся» обер-архитектор «непотребно», доносит гоф-интендант, а «никто ему такой воли не давал». И просит Шаргородский у высшего начальства «обороны» от итальянского графа. Растрелли отвечает в своем объяснении, что гоф-интендантская контора плохо ремонтирует лепнину в Зимнем доме государыни. По таковым причинам он и впредь «изрядно лаяться» будет.

Возможно, что помощники и сотоварищи Растрелли по работе вносили нечто свое в общие замыслы обер-архитектора. Но выделить их «личное» сегодня не представляется возможным. Ведь все они работали в едином стиле, созданном их руководителем, порожденном велением времени и требованиями заказчика.

Взаимоотношения художника и заказчика — одна из интереснейших тем в истории искусства, порой приукрашенная многочисленными легендами, преданиями, анекдотами.

Эти отношения, как правило, никогда не напоминали братской идиллической любви. Достаточно вспомнить великого Фидия, по легенде отравленного в тюрьме своими завистливыми согражданами; Аристотеля Фиораванти, строителя Успенского собора в Кремле, заточенного в темницу Иваном III; легенду об ослеплении строителей храма Василия Блаженного; трагическую гибель Караваджо, немалую роль в которой сыграли заказчики-монахи; смерть в забвении великого Рембрандта, опередившего свое время. Подобных историй множество.

Отношения художника и заказчика обычно были связью трудовых рук с денежным мешком. Ты исполнил мое желание, прославил меня — получай свою мзду. Создал произведение, представляющее материальную ценность, — снова можешь получить звонкую монету. Художник при русских правителях всегда оставался только мастером, обязанным творить в образах и формах, доступных пониманию заказчика, способных радовать его самолюбие. Такова судьба замечательных архитекторов: Еропкина, Земцова, Баженова. Растрелли не был исключением.

Ко времени описываемых событий относится торжественная закладка Смольного монастыря, церемония которой была расписана в Камер-фурьерском журнале.

 

<< Назад < Вернуться к оглавлению > Далее >>

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.