Франческо Бартоломео Растрелли / Киев

11 апреля в Канцелярии от строений начинаются прения о лучшем сооружении Андреевского собора. Протокол этого заседания сохранился до наших дней.

С одной стороны, самоуверенный обер-архитектор, не желающий признать свою ошибку. С другой — приехавший из Киева зодчий, который эту ошибку должен доказать. Силы сторон неравны. Битва Давида с Голиафом.

Во главе стола, покрытого зеленым сукном, восседает генерал-майор Фермор — начальник Канцелярии. Важный, самоуверенный Растрелли и робеющий перед начальством Мичурин — друг против друга.

Обер-архитектор сразу переходит в наступление: виноват Мичурин. На присланных им обмерных чертежах «мачтап не показан». А без оного он ничего точно сделать не может.

Сдерживая себя, Мичурин не спеша разворачивает чертежи. Да, действительно, на неких листах «мачтапа» нет, но правильная мера фигурам написана цифрами.

Растрелли, даже не взглянув, небрежно отводит чертежи. Главное — масштаб, а коли его нет, то и делать точные модели не можно.

Мичурин, не протестуя, задает каверзный вопрос: в проекте обер-архитектора алтарные окна меньше церковных, а модели их украшений посланы одной меры.

Как быть в сем случае?

Спасая обер-архитектора, вмешивается Фермор: делать все по опробованным ее императорским величеством чертежам, которые сочинены и представлены графом де Растреллием.

Ощущая поддержку, обер-архитектор небрежно бросает: лишек у моделей можно отпилить…

Фермор, поддакивая, кивает головой.

Но можно не пилить лекала, а уменьшить размеры фигурных обрамлений. Он, Мичурин, берется за это.

Киев. Андреевская церковь

 

∼∼∼∼∼∼∼∼∼∼∼

Киев. Андреевская церковь. Фото

∼∼∼∼∼∼∼∼∼∼∼

 

Растрелли понимает, что совершил просчет, но признаться не может. Гордыня не допускает. Ну что же, если Мичурин будет переделывать, он пока приготовит расчет нового каменного свода главного купола вместо задуманного — деревянного…

Вновь вступает Фермор. Он обязан охранять устои государства — чинопочитание. Не должен нижестоящий посягать на авторитет вышестоящего. Архитектор Мичурин масштаб на чертежах не указал и в Петербург приехал самовольно, «и в заплате в проезд его прогонов учинен, который следовало бы за штраф с него… взыскать, но и без приезду его обойтись неможно, то взыскание отставить, а прогоны не оплачивать и засчитать как штраф…»

Заседание окончено без обычного в этих стенах «шума и лая». Иван Федорович Мичурин возвращается в Киев. Обер-архитектор спешит па строительную площадку Смольного монастыря — любимого детища.

Наконец в 1752 году Андреевский храм закончен вчерне. Остались отделочные работы внутри и снаружи. На сорок метров вознесся он над горой на фоне синего неба. Пример рукотворного единства творения человека и природы.

В плане храм — четырехконечный крест с укороченными северной и южной ветвями. Восточный конец креста закруглен апсидой, западный — вытянут для притвора. Центральный подкупольный объем очень просторен. Его ширина равна примерно двум третям ширины храма, высота — тринадцать с половиной метров. А над ним величественный барабан высотой десять метров и диаметром тринадцать (при общей ширине церкви двадцать три метра). Огромный купол, завершенный грушевидной главкой, венчает всю композицию.

Чтобы несколько погасить распор купола, Растрелли поставил по углам квадрата контрфорсы, обозначенные с трех сторон парами восьмиметровых колонн па высоких пьедесталах. Контрфорсы завершаются легкими башенками с декоративными главками. Тем самым храм смотрится пятикупольным.

Стремительное движение ввысь колонн и пилястр на фасадах церкви чуть задерживается карнизом и вновь продолжается колоннами на декоративных башенках и вертикалями пилястр на барабане купола, затихая на острых вершинах главок.

Устремленность вверх к синему небу, исчерченному крыльями быстрых стрижей, подчеркивают и восемь окон барабана и восемь люкарн купола в помпезных резных рамах с головками херувимов. Белые колонны, пилястры, карнизы и лепные украшения на голубом фоне стен придают всему строению нарядный и праздничный вид. И при внимательном, долгом рассмотрении отчетливо сознаешь, что сам храм только основание, постамент для торжественного пятиглавия.

Андреевская церковь — лишь поиск, подступ, нащупывание главного и единственно возможного решения будущего собора Смольного монастыря.

 

<< Назад < Вернуться к оглавлению > Далее >>

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.