Франческо Бартоломео Растрелли / Строения для частных лиц

Дворец С. Г. Строганова. Фрагмент гравюры Е. Г. Внукова

Дворец С. Г. Строганова. Фрагмент гравюры Е. Г. Внукова с оригинала М. И. Махаева. 1761

∼∼∼∼∼∼∼∼∼∼∼

Идеи обер-архитектора принадлежат императрице — хозяйке России. В ее воле запретить или разрешить зодчему принять частный заказ. В ее воле наказать или помиловать. Так ведется с незапамятных времен, от первых правителей московских.

Елизавета не могла запретить вице-канцлеру Михаилу Илларионовичу Воронцову пригласить знаменитого архитектора для строительства нового дома. Он ей помогал. Был и сродником ей. И поэтому Франческо Бартоломео Растрелли был приглашен весной 1749 года для того, чтобы составлять планы и рисовать проект намечаемого дворца вице-канцлера. И так на рабочем столе архитектора рядом с чертежами и сметами Петергофа и Царского Села появились эскизы будущей городской усадьбы.

Вблизи от Аничкова, где устроился на жительство Алексей Разумовский, выбрали место для будущего дворца. На улицу Садовую новый дом должен был смотреть фасадом, к Фонтанке же должен быть обращен большой правильный парк.

Литая чугунная решетка разделила дворец и улицу. Решетку украшал простой узор. Что касается фасада дворца, тут Растрелли прибегнул к своему привычному приему — трем ризалитам. Немного выдвинут вперед широкий центральный, что на половину этажа выше ризалитов, которые с боков.

По мудреной методике выполнены наличники архитектора – его отличительная особенность. По ней судят о его архитектуре. В этом многие пытались быть на Растрелли похожи, однако ни у кого не получилось. Труднообъяснимая сухость или слишком назойливая затейливость сразу же отличают подделку от подлинника.

Боковые ризалиты в три окна активнее выступают вперед, но скромны внешним обликом. Они выделены полукруглыми фронтонами, опирающимися на пары колонн. Центральный ризалит прорезан проездной аркой. Из-под нее широкие лестницы ведут на второй этаж дворца, а можно пройти прямо во внутренний дворик. Арку фланкируют сдвоенные колонны, рядом — чуть сдвинутые к центру парные пилястры, которые на завершающем полуэтаже превращаются в строгие лопатки. Все это придает центру фасада чудесную легкость и вместе с тем пышную торжественность. (Прием, использованный впервые архитектором пятнадцать лет назад в боковых корпусах Митавского замка.) Внутренний дворик образован одноэтажным П-образным флигелем, примкнувшим к дворцу с задней стороны. Крыша флигеля превращена в террасу, с которой открывается вид на регулярный парк.

Искусство создания дворцового сада вообще утвердилось сначала на родине Растрелли, в Италии, еще в начале XVII века. Именно тогда архитекторы стали «обыгрывать» различные естественные «неправильности» и «причудливости» природы, как бы нарочито подчеркивая, утрируя их. Но вместе с тем террасами с подпорными стенками, маршами лестниц, ритмом водяных каскадов стремились подчинить ландшафт единому архитектурному замыслу. По образному сравнению одного историка искусства, «природу здесь будто дразнят, как зверя в клетке, отлично сознавая, что вся сила ее скал и водопадов, ее могучих деревьев и вообще всех ее стихий так и останется в заранее отведенных ей пределах». (Именно таким и был замыслен царем Петром многоликий и многодельный парк Петергофского дворца. И Растрелли не решился тогда нарушить этот замысел.)

 

<< Назад < Вернуться к оглавлению > Далее >>

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.