Подмосковье / По Владимирской дороге / Усадьба Горенки и усадьба Пехра-Яковлевское

Но вернемся на старый Владимирский тракт, ныне Горьковское шоссе, где стоит одна из самых больших по масштабу подмосковных усадеб — Горенки (в 2 км от станции Горенки Горьковской ж. д.). Создание этой усадьбы связано с именем А. К. Разумовского, сына украинского гетмана, который приступил к постройке усадьбы в 1777 г. Владелец усадьбы, большой любитель природы, поставил себе целью превратить свое владение в ботанический сад. Известный литератор начала XIX в. П. Свиньин писал в 1823 г. о Горенках замечательные слова.

Усадебный дом, выстроенный в конце XVIII в., по-видимому, по проекту английского архитектора А. Менеласа, много работавшего у Разумовского, помещен в глубине гигантского парадного полукруглого двора, диаметр которого достигает семисот метров. У типичных для этого времени пилонов въездов стоят парные флигельки — «кордегарии», оттеняющие своим небольшим размером сложно скомпонованный главный дом. Он украшен в центре неизменным для классицизма шестиколонным портиком. Боковые его части имеют симметричные полукруглые выступы-экседры, верхний этаж которых служил крытыми балконами. Галереи с колоннадами из спаренных колонн в верхних частях ведут к боковым далеко выступающим во двор флигелям.

Внутренняя отделка здания, превращенного одним из последующих владельцев в фабричный корпус, почти не сохранилась. Центральный же «Золотой зал» и прилегающие к нему помещения были выполнены в 1912— 1916 гг., когда их перестроил архитектор С. Чернышев. Ему же принадлежит и садово-парковый фасад с четырнадцатиколонной лоджией.

В 1,5 км от Горенок, на том же шоссе при пересечении его с речкой Пехоркой, расположена известная усадьба XVIII—XIX вв. Пехра-Яковлевское. В это время ею владели Голицыны, привлекшие к ее постройке лучшие архитектурные силы Москвы. Построенный на высоком берегу Пехорки, которая благодаря запруде образовывала здесь большой пруд, усадебный дом не имел ясно выраженного дворового и садового фасадов. По существу, оба его основных фасада, как обращенный к пруду,так и к расположенному за домом парку, были почти что одинаковы. Лишь пристроенные позднее, в начале XIX в., флигели заставляли считать главным фронт зданий, обращенных к пруду.

Дом, сгоревший в начале 20-х годов нашего столетия, был выстроен в 60—70 гг. XVIII в. в формах того строгого, но вместе с тем нарядного классицизма, проводником которого был В. Баженов. Стены здания были украшены ордерными пилястрами и вертикальными филенками с расположенными в них окнами. Они определяли ритмический и декоративный строй этого небольшого, но изысканного дома. Расположенный по центру мезонин с куполом придавал прямоугольному объему сооружения большую архитектурно-художественную цельность. Не меньшие художественные качества отличали и внутреннее убранство дома (в настоящее время он надстроен, утеряв прежнюю наружную обработку). Выгнутые красивые двойные колоннады тосканского ордера соединяли его с парными небольшими флигельками, построенными явно доморощенным архитектором. Позднее за ними, в 10-х — начале 20-х гг. XIX в., были возведены два корпуса — театра и оранжереи, утерявшие ныне все внутренние детали отделки, но сохранившие на фасадах мощные колоннады. Предполагают, что их автором был А. Мене лас, хотя их архитектурные формы близки произведениям В. Стасова.

Со стороны парка, отличавшегося своими длинными звездообразно сходившимися аллеями, перед домом была устроена слегка заглубленная в землю площадка с округлыми углами. По центру фасада дома с противоположной стороны располагалась полукруглая в плане лестница, ступени которой концентрически спускались к площадке. В систему подпорных стенок лестницы умело были включены скульптуры, вторившие скульптурам фонтана, расположенного за лестницей на лужайке, окруженной высокими деревьями разросшегося парка. Несмотря на незначительный масштаб этих статуй, они играли важную роль в архитектурном облике этой обаятельной усадьбы.

Справа от дома, на берегу Пехорки в 1779—1785 гг. была выстроена круглая в плане церковь, увенчанная широким куполом на барабане. С запада ее вход выделяют четырехколонный ионический портик и парные башни колоколен. По своему общему замыслу, по прорисовке ордерных форм и других архитектурных деталей этот храм считается одним из лучших в Подмосковье. Сравнение с произведениями В.Баженова позволяет предполагать авторство последнего. Зодчий придал колоннам зрительную тяжеловесность; кажется, что капители колонн словно поддались тяжести монументального фронтона. Их завитки волют свисают несколько ниже, чем обычно, рисуясь красивой тенью на белоснежных стволах колонн, выложенных из подмосковного известняка. Бросается в глаза тщательность выполнения каждой формы, каждой детали. Кажется, будто сам мастер любовно вытесывал капители колонн и пилястр, сам лепил изящные гирлянды и венки, сам выверял совершенный бег линий карнизов. Не менее привлекательна и внутренняя обработка стен храма, отличающаяся тонкостью моделировки каждой детали.

 

◄ Назад ◄ Вернуться к оглавлению ► Далее ►

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.