Поль Сезанн / В Париже (1861-1866)

По приезде в Париж Сезанн устремился к Золя. „Я видел Поля!!! — писал другу Байлю будущий автор «Oeuvre». — Я видел Поля, понимаешь ли ты это, понимаешь ли ты всю музыку этих трех слов?» Два друга „страстно обнялись».

Золя в то время жил на улице Сен-Виктор, недалеко от Пантеона. Чтобы быть ближе к нему, Сезанн снял комнату в меблированном отеле на улице Фейантин.

Днем Золя уходил в доки, где он занимал небольшую должность; Сезанн же посещал Швейцарскую академию на набережной Ювелиров. Все вечера друзья проводили в комнате Золя, где, как некогда в Эксе, они беседовали об искусстве и литературе.

Золя позировал Сезанну для портрета, но из этого этюда ничего не выходило и юный живописец, уже близкий к отчаянию, поспешил уничтожить полотно.

— Я порвал твой портрет; нынче утром я хотел его прописать, но так как он становился все хуже и хуже, я его уничтожил…

Между тем повидимому их совместная жизнь не вполне оправдала те надежды, которые они на нее возлагали. Возможно, что их взгляды на живопись слишком разошлись и что „болтать вдвоем, как в былые времена, с трубкой в зубах и стаканом в руке“ уже не было в глазах Сезанна такой „чудесной штукой», как это казалось Золя. Недаром в письме, датированном 1862 годом, Золя говорит Сезанну: „Париж был неблагоприятен для нашей дружбы… Все равно ты неизменно остаешься моим другом…“

Это письмо Сезанн получил в Эксе. Утомленный Парижем, он ощутил потребность вновь приобщиться к родной земле. Его ожидал там сюрприз. Отец, который теперь больше чем когда-либо был настроен против живописи, не пожелал и слышать о Париже и снова взял сына к себе в банк.

— Эх, мой милый Поль, на что тебе живопись? Неужели ты воображаешь, что сумеешь лучше сделать то, что так божественно создано природой?! Для этого надо быть большим дуралеем!

Уступая, как всегда, желанию отца, Сезанн старается заставить себя заинтересоваться бухгалтерией. Чтобы внести какое-нибудь разнообразие в монотонность работы, на которую он был обречен, он покрывает рисунками и стихами поля гроссбуха. Так появилось его двустишие:

Сезанн, банкир, глядит, стирая в страхе пот.
Как за конторкою художник в нем растет*.

Порой, не в силах противостоять порывам вдохновения, он исчезал из конторы и убегал в Жаз де-Буффан** („Убежище ветра») и там на стенах зала писал огромные композиции; таковы его четыре больших панно, которые из школьничества он подписал именем Энгра***.

Наконец наступил день, когда отец, который уже не мог далее, не применяя насилия, противиться столь явно выраженному призванию сына, разрешил ему возвратиться в Париж.

Сезанн, которого разлука заставила забыть недавние недоразумения и размолвки, был в восторге от встречи со своим дорогим Золя. Он селится на бульваре Сен-Мишель, против Горного института, снова посещает швейцарскую мастерскую и сближается с Писсарро, Гильомэном и Олле, который знакомит его с Гильмэ.

________________

* Перевод сделан Вс. Рождественским.

** Живописное имение в окрестностях Экса, которое принадлежало отцу Сезанна и в котором сам Сезанн любил работать до конца своей жизни.

Прим. автора.

*** В том же зале сохранились и другие композиции Сезанна, также нарисованные на стенах. Так как места было мало, то Сезанн писал одни сюжеты поверх других.

Прим. автора.

Страницы: 1 2 3

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.