НА ПУТИ К ЦЕЛОМУ (Ф. М. Достоевский)

представляющих иссякающую, но не до кон­ца иссякшую «струю гуманистического направления» 101, от растущей «пустыни слащавых и худосочных сентен­ций о любви к ближнему», являющейся внешним, публи­цистическим привеском к основному, нарочито «жестоко­му» содержанию произведений Достоевского. Михайлов­ский отказывается от такого разделения из-за его механической легкости, но пролагает своим авторитетом долгий путь для подобного рода операций.

Михайловский, отрицая право Достоевского на место «одного из центров русской умственной жизни» 102 в противоположность собственному выводу1881 г., акцен­тирует прежде всего чисто художественное значение писателя:

«Достоевский просто крупный и оригинальный писа­тель, достойный тщательного изучения и представляю­щий огромный литературный интерес. Только так изучать его мы и будем» 103.

Это решительное «только так» на месте прежнего пренебрежительного перечисления отдельных «нехудо­жественных» особенностей романов Достоевского выдвигает потребность попробовать распространить общий принцип «бесцельной жестокости» таланта на один из аспектов творчества Достоевского (что, конечно, нахо­дится в противоречии с механическим отсекновением «пустыни слащавых сентенций»). Потребность доказать, что Достоевский — не «пророк» и не «религиозный вождь», а только своеобразный художник, приводит кри­тика к тому, что он ищет, как формула «жестокого та­ланта» участвует в формообразующих принципах.

101            Отечественные записки, 1882, № 10, с. 249—250.

102            Там же, № 9, с. 81.

103 Отечественные записки, 1882, № 9, с. 83.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

HTML tags are not allowed.